— Они начали с галереи, а потом пошло-поехало… но я не в курсе подробностей, — усмехнулась Лида. — Так что если узнаешь, мне расскажи.
— А элитный поселок? Все-таки строим? — поинтересовалась я.
— Что? — нахмурилась девушка. — А, нет, его не строим. Зато мы под шумок забрали хороший участок под застройку в сильной локации Москвы. Я планирую себе там квартиру под ипотеку намутить…
— А наша компания потянет все это? Не многовато ли? НПЗ, ЖК…
— Так завод пока на стадии подготовки. Сейчас только проектирование и куча волокиты на самом верху. Обучение и все такое. Ну, сама знаешь. Так что по итогу — пока мы по большей части ЖК и занимаемся. Просто ты почти полностью на нефтезаводе варишься, вот и не в курсе.
— Зато квартиру я бы тоже себе застолбила, — сложив руки в молитвенном жесте, посмотрела я на Лиду.
— Да какие проблемы! Шеф не откажет! Главное — подкатить к нему, когда он в хорошем настроении. Так что дерзай! — то ли помогла, то ли еще больше озадачила меня Лида. — Ладно, пойду я. Они меня на полчаса выставляли. Мол, приватный разговор и все такое. Уже, вроде, прошло время. Пойду узнаю, не нужно ли господам чего.
Состроив подобострастное выражение лица и оценив свой макияж в маленьком зеркальце пудреницы, девушка встала и поплыла прочь.
Я кивнула и проводила стройную фигуру Лиды взглядом до двери. Охотница!
Помещение, в котором находилось мое рабочее место, я делила с несколькими проектными менеджерами, но к этому часу все уже разбежались по домам, поэтому когда Лида ушла, я осталась в полном одиночестве.
Сегодня я задержалась, зависнув над отчетом по переписке с нашими шведскими коллегами и процессу подготовки персонала к курсам повышения квалификации. Шеф потребовал всю информацию к завтрашнему дню.
Распечатав документ и пробежавшись по нему глазами, я решила, что нужно добавить еще пару пунктов, однако от монитора ноутбука меня отвлек звук смартфона.
«Мам, переведи денег, схожу за колой», — пришло сообщение от Вани.
С тех пор как мы приехали в Москву, он постоянно просил купить или приготовить что-то из привычных канадских вкусов. В первые дни мы даже пытались найти имбирный эль, чтобы утолить его тоску по «любимой чужбине». Ваня прекрасно помнил, как мы уезжали из России, и точно не считал Канаду своей родиной. Однако заграницу он принял легко и всей душой, быстро влившись в ее атмосферу и став ее органичной частью.
И сейчас сыну было тяжело. Он старался не жаловаться, но я знала: Ваня не мог взять в толк, зачем мы покинули Сент-Джейкобс — небольшой городок рядом с Торонто, где осталось столько важных для него людей и вещей.
Вздохнув, я положила подбородок на сложенные башенкой кулаки и задумчиво уставилась в пространство перед собой. Иногда меня посещало ощущение, что я смотрю на себя и свою жизнь со стороны и никак не могу понять логику происходящего: ну какая еще идиотка понеслась бы в Россию в моей ситуации?
Да, мой муж ушел от меня. Да, он завел новую семью. И да, мое самолюбие было больно задето. Но я не была по-настоящему брошена: Дима не отказывался помогать, да и моя мать была рядом. Зачем бежать на край света, ломая жизнь себе и своему ребенку? Что я желала найти на родине? Чего мне не хватало в Канаде?