Фигаро понял, что сейчас произойдёт. Но Кифер не упал замертво, а началмедленно таять. Его тело теряло форму, превращаясь во что-то наподобие лёгкого полупрозрачного пара. Так исчезает на солнце кусочек сухого льда: тихое потрескивание, белёсые щупальца газа и, в конце концов, ничего.
Водяной обернулся, искоса посмотрел на следователя с колдуном и буркнул:
– Извиняюсь. Я должен был поспеть раньше. Или вообще не уходить. Да кто ж знал, что Нот пошлёт этого прохвоста вас прямо-таки убивать. «Синька» ему, по ходу, все мозги съела, раз до такого опустился… А Кифера жалко– влип ни за хрен собачий. Ему-то больно не было – не ломает нас от «синей пыли», да только тяга – она ж не только от тела идёт, а ещё и от головы.
– Верно.– Артур медленно кивнул, скребя пальцами и без того расцарапанный подбородок. – По сравнению с психологической зависимостью зависимость физическая так, пыль… Но откуда вы узнали, что именно Нот держит вашего сородича на крючке? И почему не могли остановить его раньше, если знали о проблеме?
– Видимо, почтенный господин Плях, – Фигаро, наконец обретя голос, шумно прокашлялся, – решил продемонстрировать нам проблему как она есть… Долго тянули, уважаемый. Нас тут едва не превратили в дуршлаги. И почему вы не вмешались раньше? До того, как Кифер убил Хонти?
– Дык это… – Плях потупился, застенчиво водя лапой по земле. – Наш Кифер, конечно, был болезная скотина, да только Хонти он не убивал.
– Так.– Следователь вздохнул. – Кажется, нам надо поговорить, уважаемый.
– Угу.– Плях вздохнул. – А поскольку разговор предстоит долгий и обстоятельный, давайте, что ли, в дом пройдём. Чайник хоть поставим. У вас чай найдётся, господа? Вот и чудненько, вот и славно! Вот это я понимаю – гости… Да вы проходите, проходите, не стойте столбом…
Глава 11
…Лампа на столе затрещала, зашипела и выплюнула в потолок длинную чёрную ленту копоти с резким запахом керосина. Копотькрасиво закрутилась, распалась на клочья-фрагменты и прилипла к потолочным балкам, тёмным и грязным.
Эмеральд Нот щёлкнул выключателем, но электричества всё ещё не было. Утренняя буря оборвала провода и теперь их починят, в лучшем случае, к утру.
Нот подумал, что особой трагедии в том нет: читать он любил при свете свечей, еду готовил себе сам, используя для этого старый немецкий керогаз, а больше это чёртово электричество, если так рассудить, ни для чего и не было нужно. Однако для пятой и шестой лабораторий первичного синтеза стоило заказать дополнительные генераторы – электролизные ванны должны работать без осечек.
Он сел в кресло и покосился на телефон, тускло поблёскивающий чёрным эбонитом на краю маленького грязного стола. Проклятое устройство питалось от собственной линии, которая по какой-то странной прихоти судьбы не ломалась почти никогда. Но телефон молчал.
Капитан глубоко вздохнул, медленно цедя воздух между зубами и выждал три минуты по окончанию которых он мог с чистой совестью рапортовать об окончании своей смены. Когда пыльные часы на полке сипло пробили десять, Нот снял телефонную трубку с рычага и аккуратно положил на столешницу точно между чернильным пятном напоминающим своими контурами Австралию и жёлтой кляксой засохшего яичного желтка.