Тренч с поклоном принял из рук шефа тонкий серый том, сотворил из воздуха стул с высокой мягкой спинкой (в последнее время у него зверски ныла на погоду поясница), опустился на него, открыл книгу и, прочистив горло, принялся читать:
– На эту ли юдоль сменили мы, –
Архангел падший молвил, — Небеса
И свет Небес на тьму? Да будет так!
Он всемогущ, а мощь всегда права.
Подальше от Него! Он выше нас
Не разумом, но силой; в остальном
Мы равные. Прощай, блаженный край!
Привет тебе, зловещий мир! Привет,
Геенна запредельная! Прими
Хозяина, чей дух не устрашат
Ни время, ни пространство. Он в себе
Обрёл своё пространство и создать
В себе из Рая — Ад и Рай из Ада
Он может. Где б я ни был, все равно
Собой останусь, — в этом не слабей
Того, кто громом первенство снискал!..
Эпилог №2
– Так,– сказала Марта Бринн уперев руки в бока,– и долго это будет продолжаться? Он уже часа два так сидит.
Фигаро покосился на Артура-Зигфрида, который, забившись в угол и напыжившись как сыч сидел на колченогой табуретке уткнувшись в новый выпуск «Вокруг Земного Шара» время от времени фыркая и бормоча себе под нос.
– Хоть бы сапоги с дороги снял!.. Да, спасибо, мастер Ноктус, это именно та корзинка.
– Сладкий перец? И что же нас сегодня ждёт?
– Если господин Фройд не принесёт заказанное мной мясо через пятнадцать минут нас ждёт, в первую очередь, кровавое убийство!– Тётушка Марта негодующе взмахнула огромным половником закатывая глаза.– Господин Фройд – наш мясник, единственный мясник в Нижнем Тудыме, которому я доверяю. Но сегодня!.. Уж не случилось ли чего? Ладно, дам ему ещё минут пять…
– Господин Мерлин, – куратор Ноктус отхлебнул из чашки остывший кофе, – такой смурной ещё с поезда. Я бы сказал, что он устал, но вытаскивать из него признание клещами я не намерен. Ничего, сейчас Первый Колдун изволят пожрать, тяпнут стопочку-другую, а там, глядишь, и расскажут нам, что гнетёт их тонкую душу.
– Я, вообще-то, всё слышу. – Артур негодующе пошелестел журналом.– Но вы правы: переодеться стоит, пожалуй. Хотя бы сапоги снять. Я мигом.
Раздался хлопок шорт-треккера, и колдун исчез. Поскольку он прихватил с собой и журнал, то никаких улик способных пролить свет на хандру Мерлина Первого не осталось, и Фигаро вызвался отправиться на поиски мясника. Следователю так хотелось есть, что он был готов жевать свой кожаный ремень.
К счастью, в этот момент в дверь постучали. Марта Бринн грохочущей лавиной ринулась открывать, здороваться, шуршать упаковочной бумагой, рассчитываться, и минут через десять на столе, наконец-то, оказался огромный кусок телятины – свежайшей, нежнейшей и ароматнейшей телятины, какая только бывает.
Тут же невесть откуда появилась огромная мясорубка которая была мгновенноприкручена двумя могучими струбцинами к краю стола. Терентий, который всё это время с любопытством наблюдал за происходящим из кармана следователя был изловлен и определён на кручение мясорубочной ручки, больше похожей на кривой стартёр.
– Так-та-а-а-ак,– куратор задумчиво потёр лоб, – фарш! Но не котлеты, потому что сладкий перец. И не рагу, потому что госпожа Марта чистит чеснок. Причём такое количество чеснока, что я начинаю побаиваться за свою печень. Сладкий брусничный соус, немного мёда, базилик, кориандр, ещё какие-то травки в баночках… Загадка, однако!