Мы подошли к приёмнику для сброса колотого льда и учёта нормы. Я внимательно следил за шахтёрами и выполнял всё то же самое, что и они. Каждый подошёл к приёмнику и поднёс ногу с браслетом. Приёмник пикнул, фиксируя выход на работу. Шахтёр двигался дальше. Ящер и его шайка прошли не больше пятидесяти метров и приступили к работе; остальные потянулись дальше, в глубь шахты.
Проходя мимо Ящера, я услышал голос одного из его шайки:
— Твоё место — через триста метров. Увидишь пустой участок. Там работал Сиплый. Пока будешь работать там.
Я кивнул и двинулся дальше. Через триста метров действительно оказался пустой участок, а дальше был участок дружка Сиплого. Он глянул на меня и начал работать — ничего хорошего ждать от него мне не следовало.
Я огляделся по сторонам, посмотрел, как работают остальные, и начал повторять. Два часа у меня ничего не выходило. Отбойный молоток не хотел слушаться: откалывались либо слишком маленькие куски, либо вообще ничего. Пот катился градом; мне казалось, что в скафандре уже хлюпает. Кое‑как я набрал одну тележку и повёз на сдачу. Другие, по моим прикидкам, уже отвезли как минимум по три‑четыре телеги.
На сдаче меня тоже ждало разочарование: всего пятьдесят килограммов, хотя казалось, что должно быть намного больше.
— Свали в сторону! — услышал я окрик и отошёл.
Шахтёр отметился и свалил в приёмник три здоровенные глыбы — сто двадцать два килограмма. Я тихо присвистнул. Быстро прикинув, что норму я сегодня не сделаю, я решил заняться обучением. Медленно поплёлся за шахтёром, даже приотстал, чтобы пройти мимо, когда он начнёт работать.
Всё оставшееся время я потратил на обучение, время от времени таская полупустые тележки к приёмнику. Медленно проходя мимо шахтёров, я внимательно следил, как они работают.
К концу смены у меня стало более‑менее что‑то получаться. Даже удалось отколоть глыбу почти на сорок килограммов.
Зазвучала сирена. Шахтёры схватили тележки и пошли к приёмнику. Высыпав содержимое, они уходили дальше — к жилому блоку. Я тоже высыпал свои остатки. Итог за смену — триста пятьдесят три килограмма.
Я пошёл за остальными, обратив внимание, что Ящер и его шайка не спешат покидать шахту.
Вернувшись в жилой блок, я снял скафандр. В нём действительно скопилось много пота. Мой взгляд заметался по остальным шахтёрам — я не понимал, как поступить. Остальные просто запихивали скафандры в шкаф, так же, как и отбойные молотки. Как только шкаф закрывался, вспыхивала красная лампа. Вчера я не обратил на это внимания.
Повторяя в точности действия шахтёров, я запихнул в шкаф скафандр и вставил молоток в специальную ячейку. Как только я закрыл шкаф, загорелась красная лампочка, и он тихонько загудел.
В жилой блок зашли Ящер и его подручные. Двери за ними закрылись.
Через полчаса я уже был в душе среди остальных шахтёров. Еды мне сегодня не светило, поэтому я не торопясь вымылся, надел комбинезон и пошёл на свою койку.
Проходя мимо кроватей Сиплого и его дружка, я не увидел их обоих. Если Сиплого, скорее всего, забрала охрана, то его напарник остался в шахте. Жив он или уже мёртв — я не имел представления. Да и узнавать желания у меня не было.