На меня никто особо не обращал внимания, да и я старался не привлекать к себе лишнего внимания. Оно мне ни к чему…
Подполковник освободился через несколько минут — я тут же направился к нему, чего зря время терять?
— Товарищ подполковник, разрешите обратиться?
Старший офицер обратил на меня свое внимание, смерил меня быстрым и недовольным взглядом, затем еще больше нахмурился и спросил:
— А ты еще кто такой?
— Прапорщик Громов! — ответил я. — Только что выписался из госпиталя. Мне сказали, что вы по маршруту отправляетесь в Кундуз?
— Ну? Подкинуть? — догадался тот.
Думал, сейчас про деньги будет спрашивать, но нет…
— Так точно, автобусов здесь, к сожалению нет.
Хмурый подполковник слегка усмехнулся.
— Это верно, автобусов здесь нет. Хорошо, прапорщик, прыгай. Только, скорее всего, сегодня мы уже никуда не поедем. У нас одна из машин встала с серьезной поломкой, на другой машине тоже проблема. Гляди, у танка гусеницу повреждённую меняют… Мина зацепила. Так, как ты там сказал твоя фамилия? Громов?
— Так точно.
— Тот самый Громов, который комбата Шевцова разоблачил? — прищурился он.
— Ну, вроде того… — жаль, что слух обо мне ходит лишь в таком ключе. — Но я этим не совершенно не гожусь, грязная история.
— Все так, куда не глянь везде насрано! — вновь нахмурился подполковник. — Про поговорку слышал, кому война, а кому мать родная? Вот это как раз тот самый случай. Ты, прапорщик, хорошее дело сделал, мало ли чтобы он ещё натворил⁈ В общем, я тебе добро дал. Как все проблемы решим, так и поедем.
— Спасибо, товарищ подполковник!
Тот только кивнул. Затем отошёл в сторону, к командиру одного из бронетранспортёров. Я поймал себя на мысли, что даже не знаю его фамилии…
Прошло примерно часа полтора — в который раз убедился, что любое ожидание выматывает. Однако поломку одного из грузовиков «Урал» так и не удалось устранить. Повреждённую гусеницу у Т-72 заменили, все остальные проблемы с транспортом тоже вроде как уладили. Перегрузили часть груза. Среди механиков-водителей пошёл слух, что всё-таки будем выезжать сегодня… Это была хорошая новость, поскольку возвращаться обратно в госпиталь я не собирался — все, меня уже выписали. На мою койку вполне возможно уже положили кого-нибудь ещё — мест там было немного.
А ещё хотелось кушать и пить. И если с водой дело удалось решить быстро, то с едой было куда сложнее. Отдельной столовой здесь естественно не было.
Наконец, решение было принято — колонна собиралась выдвигаться сегодня, это означало, что при самом лучшем раскладе мы доберёмся до Кундуза часам к девяти вечера.
Ну, вполне себе приемлемо. Уж точно лучше, чем оставаться здесь.
Я не сразу заметил, как с восточной стороны показался одинокий БТР-80, а следом за ним УАЗ 452 «Буханка». Оба транспорта остановились неподалёку, из «Буханки» выбрался офицер в звании старшего лейтенанта. Остановился, медленно и очень внимательно осмотрелся. Затем полез в свой планшет, что висел на боку, расстегнул, откинул крышку и извлёк наружу белый лист бумаги. Снова осмотрелся и вдруг взгляд на мне.