— Ну и зачем они таскают с собой эти бумажки? — очевидно, что Шут не понял, что именно попало к нам в руки. — Ерунда какая-то! Что тут такого секретного?
— Нет, Паша… — невесело хмыкнул я. — Это вовсе никакая не ерунда. Именно из этого самого дерьма, духи и бьют наши Ми-24 и Ми-8. Защита против него не эффективна. В целом ничего особенного здесь, конечно нет, но тут в другом вопрос. Если мы предоставим эти сведения командованию, наши военные инженеры найдут способ противостоять стингерам. В этом я даже не сомневаюсь. А этого американцы очень боятся.
— Да? А ты откуда все это знаешь? — тот посмотрел на меня с нескрываемым удивлением. — В штабе слышал?
— Ну, так… Помнишь, когда мы в Пакистане искали «Закат»? Я тогда ночью влез в американский штаб, и как раз там впервые и увидел первые сведения об этом оружии. Тогда не придал этому никакого значения… — я не стал сильно вдаваться в подробности. — Еще Кэп вкратце мне рассказал, что наша разведка планирует целую операцию, чтобы найти это оружие. И вот, прямое тому доказательство, которое случайно попало к нам в руки.
— Ясно, Макс… Но ведь это всего лишь руководство по эксплуатации… Не чертежи же! Не техническая документация. А, погоди-ка… Так! Ого, тут еще информация по поставкам. Ах, ты ж зараза! Слушай, Макс… Оказывается, они уже поставили в Афганистан более двухсот комплектов! И собираются доставить еще четыреста!
Из кузова раздалось громкое мычание — Али Хадид не унимался.
— Если не уймешься, получишь! — рявкнул я.
— Твари, это они против нас решили их использовать? — Шут разозлился, получив такую информацию. — Вот уроды! Макс, можно я ему что-нибудь сломаю?
— Не надо ему ничего ломать! — возразил я. — Он нам целый и невредимый нужен!
Паша тяжко вздохнул, обернулся к моджахеду в кузове и бросил ему. — Ну, ничего, не я так другие… К тому же, он уже не целый. Палец ему кто сломал?
Я не ответил. Прапорщик вздохнул и продолжил изучать документы и вскоре выяснились новые подробности.
— Так, Макс… Смотри! — спустя минуту, снова оживился Корнеев. — Караван который мы разгромили в ущелье, шёл на какую-то отдаленную перевалочную базу на северо-востоке. Я мало что понимаю, может, сам посмотришь?
Остановив машину, мы поменялись ролями, теперь Шут сидел за рулём ГАЗ-69, а я принялся изучать документы. Как я уже ранее говорил, со знанием английского языка у меня проблем не было вообще, поэтому мне быстро удалось уловить суть содержимого документа. Часть была написана от руки, корявым почерком, который понять было просто невозможно.
— Вот оно что! — догадался я. — Они собирались переправить на запад республики, двадцать единиц этих переносных зенитно-ракетных комплексов. Понимаешь, для чего они это сделали? Распространяют по всему Афгану!
— Логично. Сейчас запрещены полёты, небо закрыто, но это скорее, как превентивная мера. Все атаки на наши вертолёты происходили либо на востоке, либо на северо-востоке. Куда реже на юге, потому что там граница с Пакистаном. А вот на западе, скорее всего, нападений не было вообще, потому что туда «Стингеры», они пока еще не успели доставить. Если это так, то в скором времени это произойдёт.