— Я уже набросала предварительный, — ответила она. — Ближайшие три — все в черте города. Можно за один день объехать, если не застревать. Я продумала короткий прямой маршрут.
— Хорошо. Тогда поставь на послезавтра.
— Записала. Некоторые заказы заберу сама, они разрознены, но часть из них мне по пути. Просто до работы буду добираться чуть дольше.
Я сделал глоток кофе. Встал с кресла, подошел к окну. Некоторое время стоял, глядя на улицу.
— Могу приготовить завтрак, — послышался за спиной голос секретаря.
— Был бы очень признателен, — улыбнулся я.
Девушка встала из-за стола и направилась на кухню. Я же поднялся на второй этаж, вошел в свою комнату и подошел к шкафу. Открыл дверцы, рассматривая скудный гардероб и размышляя, что больше подходит для посещения психиатрической лечебницы, где нам с Николаем предстоит выведать у подозреваемого, что же произошло тогда с Мещерской на самом деле. Прав ли я в своих догадках? Даст ли этот разговор какие-либо улики, на которые можно будет опираться?
После недолгих раздумий остановил выбор на темных брюках и тёмно-сером пиджаке, под который надел белую рубашку. Оделся, застегнул пуговицы, проверил карманы. Взглянул на себя в зеркало у двери и довольно улыбнулся. Кажется, графиня научила меня правильно подбирать вещи. Гордясь собой, спустился в гостиную.
С кухни уже пахло чем-то вкусным. Настя стояла у плиты, помешивая что-то в сковороде — яичница, судя по запаху. Кажется, с сыром и сосисками. На столе уже стояла корзинка с нарезанным хлебом и масленка.
— Садись, почти готово, — не оборачиваясь, бросила она.
Я послушно сел за стол. Настя же выключила плиту, открыла висевший на стене шкафчик и вынула две тарелки. Быстро разложила на них завтрак и подошла к столу.
Я был прав. Утренним блюдом стала румяная яичница на сливочном масле, которая успела слегка подрумяниться по краям, придав белку едва заметную золотистую кайму. Желтки остались целыми, чуть подёрнутыми сверху тонкой плёнкой, но внутри ещё живыми, текучими. Достаточной консистенции, чтобы при желании окунуть в них свежий хлеб. Нарезанные кольцами сосиски добавляли завтраку цвета, а тертый расплавленный от температуры сыр — широких штрихов и текстуры.
— Спасибо, — поблагодарил я девушку. — Выглядит потрясающе. Как в лучших ресторанах!
Та улыбнулась и села напротив, подобрав под себя ноги:
— Приятного аппетита, — произнесла она.
— И тебе, — ответил я, и мы принялись завтракать.
— Ещё кофе? — спросила Настя, когда покончили с основным блюдом. — Могу еще бутерброды сделать к нему или печенье с вареньем подать.
— Спасибо, не нужно, — ответил я, вставая из-за стола. Взял тарелку и положил ее в раковину.
— Думаю, я закончу составлять список посещений и покажу, когда ты вернешься. Согласуем. И отправлю в Синод для подтверждения, чтобы тебя точно приняли в нужное время, и не возникло загвоздок, — произнесла девушка деловито.
— Хорошо. Действуй!
Она внимательно посмотрела на меня и хотела было что-то добавить, но в этот момент послышался звонок в дверь. Я взглянул на висевшие на стене часы. Пунктуальный Николай прибыл как раз в назначенное время.