Сыновья не то что грязнули… Но они видят только ту грязь, на которую я покажу пальцем. И убирают только то, что вбито годами душных нотаций.
Все остальное у подростков просто остается невидимым.
Лапы вытерли — но тряпку не промыли и бросили.
Кроссовки поставили кое-как, не в обувницу, конечно.
Ужин из спагетти и курицы сообразили, даже тарелки отнесли в мойку и протерли стол. Но как смогли. То есть заново протирать придется. И счищать остатки, загружать посудомойку. Подозреваю, в ванной все выглядит тоже «то ли грязно, то ли нет».
Пойти поругаться с ними и заставить переделать?
Не охота. Я, как выяснилось, тоже не слишком дисциплинирована и идеальна. Может и от парней требовать не стоит.
— Я дома, — стучусь о косяк. Дверь приоткрыта, они и не слышат толком — оба в наушниках. Естественно в комнате бардак. Этот неистребимо. Я как-то пыталась заставить их каждый день убираться, но бардак образовывался через пять минут после окончания, — Вы уроки сделали?
— Ага, — только приспускает наушник Сашка, но на меня не смотрит, увлечен какой-то игрой.
— Не голодные? Наелись? Родион?
— А? Да.
Родион пошел в Костину породу: не на него самого, а в его отца. Темноволосый, с пухлыми еще щеками и большими карими глазами, он тоже увлечен чем-то в телефоне.
А я не знаю даже, что сказать и как их отвлечь. И готова ли я сама к такой вовлеченности? Мы давно не сидим по вечерам за столом, у нас нет традиции разговаривать за ужином, убирать телефоны и играть в настолку, например. Я иногда натыкаюсь на такие советы и чувствую вину: мне нравится эта идея семейных традиций и вовлеченности, но как будто даже сама попытка все это устроить сожрет остаток моего ресурса. Да и дети отвыкли… И вообще, они взрослые уже парни, живут своими интересами, не полезешь же к ним?
— Спать пора готовиться. Слышите? В душ идите по очереди.
— Мам, ну ты чего? Десять только.
— Вы пока помоетесь, пока соберетесь. Завтра ведь рано вставать, тренировки, в выходные у обоих соревнования. Вы же помните, как тренера говорят: для победы сон и питание так же важны.
— А еще спокойствие и климат в семье важен, так тоже говорят. А у нас мать-тиран, нам клима портит, — вдруг гогочет Родион.
У меня почему-то от этой шутки становится светлей на душе.
Подскакиваю к младшему, который валяется на кровати, и принимаюсь его теребит, щекотать изо всех сил. Визжит, хохочет. Он у меня очень легкий, смешливый, беззлобный. Говорю же, Костина порода. Мы с Саней более серьезные, настороженные, не подпускаем никого близко, а Родион — душа компании.
К нашей возне присоединяется Саша и в итоге никто, конечно, вовремя спать не ложится. Пока я их уламываю все таки отложить телефоны, подготовиться к завтрашнему дню, пока я сама привожу все в порядок, глажу рубашку и брюки на завтра, принимаю душ — уже почти полночь.
Вижу, опять пялятся в рилзы.
Молча отрубаю вай-фай и захожу, забираю у Родиона гаджет. С Сашей так просто не поступишь, взрослый уже, но знаю, чтобы не дразнить брата, тоже ляжет спать.
Лохмачу родные макушки и неожиданно для себя присаживаюсь на край Родькиной кровати. Тихонько запеваю колыбельную, которую всегда пела им в детстве.