— Нет. На самом деле, я здесь не за этим, — тихо сказал Алан, и его рука скользнула к затылку в знакомом до боли нервном жесте. — Я хотел извиниться.
— Извиниться? За что? О‑о, может быть, за то, что все эти годы вёл себя как мудак?
Её голос дрогнул, но она не отвела взгляда. Внутри бушевала буря эмоций — гнев, обида, но и что‑то ещё, что она боялась назвать.
Алан фыркнул.
— Не совсем та формулировка, которую я бы использовал, но да, в этом суть. Я держался за свою злость десять лет, и я знаю, что сейчас не самый подходящий момент её изливать, но… Сейчас я понимаю, что должен был воспользоваться шансом узнать тебя снова.
Он посмотрел на свои ноги, снова потирая шею, затем — в глаза Каллире.
— Никто из нас больше не ребёнок, каким был когда‑то, и… Мне жаль. Я надеялся, ты простишь меня, и, возможно, у нас будет шанс начать всё сначала… Как только эта небольшая… Ладно, большая, — он ткнул пальцем в небо, — проблема будет решена.
В его глазах читалась искренность, которую она давно не видела, и на мгновение ей захотелось поверить, что всё ещё можно исправить.
Каллира коротко кивнула. Её взгляд блуждал по зелёной дыре в небе.
Она издавала низкий гул, похожий на стон раненого зверя. Края бреши мерцали, словно расплавленное стекло, а из глубины доносился запах серы и тления.
— Ты знаешь, я отправила тебе кучу писем. Не так много и не так часто, как я обещала, я знаю, но… ты так и не ответил. Ни разу. Я никогда не понимала, почему ты так сильно обижался на меня за то, что я ушла от Стражей.
— Меня не волновало, что ты ушла от Стражей, — тихо произнёс Алан. В его голосе звучала усталость, будто он носил эту боль годами.
— Тогда что?..
— Ты ушла от меня, — оборвал её Алан. — Ты была моим лучшим другом, моим единственным другом. И ты просто ушла, ни секунды не колеблясь. Ты была даже рада этому.
Он замолчал, сжимая кулаки. Слова давались тяжело, будто он разрывал собственную броню.
Каллира застыла. Её пальцы впились в амулет — металл врезался в кожу, оставляя следы. Мышцы лица напряглись, выдавая внутреннюю борьбу.
Вдалеке раздавались резкие команды сержантов, лязг металла эхом отражался от стен. Зелёная дыра пульсировала, её щупальца трепетали в небе, словно живые. Магические разряды освещали небосвод призрачным светом.
— Алан… Я никогда не думала об этом с такой точки зрения, ты всё неправильно понял. Я не могла остаться… Помнишь наш последний год в монастыре? Я каждый день смотрела на эти серые стены и понимала: это не моя судьба.
Меня отдали в обучение, потому что я была побочным ребёнком, обузой для семьи. А ты… ты с детства мечтал стать инквизитором. Для тебя это было призванием.
Накануне посвящения, после которого пути назад уже не было, ко мне пришёл магистр ордена Сумеречных Воинов. Он предложил мне шанс — покинуть инквизицию. И я ухватилась за него. Не потому, что не ценила нашу дружбу. А потому, что знала: если останусь, то однажды сломаюсь. И тогда я точно не смогу защитить тебя.
Я всегда хотела продолжать общаться с тобой… Я никогда не хотела покидать тебя.