Я не теряю на это ни секунды — сразу беру один сосок в рот, прикусываю и втягиваю его, пока мну вторую грудь рукой, потом меняю. Куинн выгибается, зарываясь пальцами мне в волосы, и с её губ срывается стон, когда голова откидывается назад. Эта девушка невероятна — будто её тело само знает, как отвечать на моё, а моё знает, как именно касаться её, чтобы вытягивать из неё удовольствие.
Куинн тянет меня за волосы, заставляя снова поднять лицо к её губам для очередного жадного, страстного поцелуя. Пока наши языки переплетаются, левой рукой я продолжаю держать её грудь, поглаживая сосок большим пальцем, а правой скольжу вниз, к вершине её бёдер, поглаживая её поверх легинсов. Я провожу пальцем вверх-вниз по её клитору, и у неё вырывается самый сладкий маленький вздох. Я целую её ещё жёстче, заглатывая её стоны, пока подбираюсь к поясу её легинсов и просовываю руку внутрь.
Она такая, блядь, мокрая. Я веду пальцы вниз, чуть дразню клитор, а потом ввожу внутрь один толстый палец, двигая им туда-сюда, пока она извивается, стонет и вжимается в мою руку бёдрами. Мой член внутри джинсов болезненно каменный, и каждое движение её тела заставляет его дёргаться и наливаться ещё сильнее. Я прокладываю поцелуи вниз по шее Куинн, снова присасываюсь к её соску и одновременно ввожу второй палец, чувствуя, как её тесная киска растягивается вокруг них.
— Джаксон, — выдыхает она, обвивая руками мою шею и запрокидывая голову. Обычно я терпеть не могу, когда кто-то использует моё полное имя, но есть что-то до безумия эротичное в том, как оно звучит на языке Куинн. Я мог бы слушать это весь день.
— Да, малыш? — бормочу я ей в кожу, продолжая трахать её пальцами. Её тело содрогается, когда мой большой палец трет этот чувствительный маленький бугорок.
— Бля-я-я-ядь! — вскрикивает она, обрушиваясь в оргазм. Она цепляется за мои плечи, впиваясь ногтями, пока вжимает свою киску в мою руку, прокатываясь через разряд до конца. Я глушу её стоны своим ртом, целуя её жёстко, пока она кончает, и вжимая её тело в свою грудь.
Это… это, блядь, чистый кайф. Вот чего мне всё это время не хватало в жизни. Я хочу проводить каждую минуту каждого дня, выжимая удовольствие из тела Куинн, вытягивая стоны из её губ. Я хочу трогать её, держать её, обладать ею.
Я вытаскиваю руку из штанов Куинн, когда её дыхание выравнивается, а тело расслабляется у меня на руках. Но она ещё не закончила — я чувствую, как её ладони скользят вниз по моей груди, по животу, дразняще проходясь по поясу джинсов.
Блядь. Рациональность начинает медленно возвращаться, и я этого хочу, но при этом знаю, что не должен этого хотеть. Язык Куинн скользит по моей шее, пока она расстёгивает пуговицу на моих штанах и тянет вниз молнию. Я стону, и всё моё тело дёргается, когда её кончики пальцев задевают мой каменный член сквозь тонкую ткань боксеров, и я почти уже отмахиваюсь от всех этих назойливых мыслей на задворках сознания и отпускаю себя… Почти.
— Куинн, — выдыхаю я, тянусь к её запястью.
— Да? — мурлычет она, обхватывая пальцами мой ствол.