Проводник ушёл. Сергей отхлебнул чай, смотрел в окно.
Отдыхать. Легко сказать.
Но он попытался — откинулся на полку, закрыл глаза.
Завтра — совещание авиаконструкторов. Поликарпов, Яковлев, Лавочкин. Три человека, от которых зависит, будет ли у СССР истребитель, способный драться с «Эмилем».
Потом — доклад Берии по испанским специалистам. Восемьдесят человек уже работают на заводах, ещё двести — на подходе.
Потом — Карбышев с отчётом по полигону. Штурмовые батальоны формируются, учения идут каждую неделю.
Потом — Малиновский с программой курсов для командиров. Первый поток — в сентябре.
Тысяча дел. Тысяча дней.
Поезд стучал колёсами, покачивался на стрелках. За окном — темнота, редкие огни, бескрайняя ночная Россия.
Сергей заснул — тяжёлым, тревожным сном, в котором кричали радиостанции, которые не работали, и падали самолёты, которых не успели построить.
Утром — Москва. Кремль. Кабинет.
На столе — свежая почта. Сводки, докладные, шифровки.
Одна — от Малиновского, из Валенсии.
«Ситуация критическая. Республиканский фронт на Эбро трещит. Потери катастрофические. Эвакуация последних специалистов — в ближайшие недели. Прошу разрешения на экстренный вывоз».
Испания. Он почти забыл о ней за радиолампами и штурмовыми батальонами. А война там продолжалась — и проигрывалась.
Сергей взял ручку, написал резолюцию:
«Разрешаю. Вывозить всех. Технику, документы, людей. Сроки — минимальные».
Положил бумагу в папку «исполнено». Взял следующую.
Работа продолжалась.
Глава 25 Ночные волки
19 августа 1938 года
Лес начинался сразу за лагерем — тёмный, густой, пахнущий хвоей и сыростью.
Сергей стоял на опушке, наблюдая, как бойцы отдельной лыжной бригады исчезают между деревьями. Белые маскхалаты — даже сейчас, летом, тренировались в зимней форме — мелькнули и растворились в зелени. Через минуту лес выглядел пустым, словно никого и не было.
— Хорошо идут, — сказал он.
Командир бригады, комбриг Мамсуров, кивнул. Невысокий, жилистый, с раскосыми глазами и обветренным лицом — из осетин. За плечами — Испания, где командовал диверсионными группами.
— Три месяца тренировок, товарищ Сталин. Каждый день — марш-бросок, ориентирование, маскировка. Люди стали другими.
— Покажите, на что они способны.
Мамсуров поднял руку, подал знак. Где-то в глубине леса хрустнула ветка — единственный звук. Потом тишина.
Они пошли по тропе вглубь. Сергей — впереди, Мамсуров рядом, охрана — на расстоянии. Лес обступал со всех сторон, смыкался над головой.
— Задача сегодня? — спросил Сергей.
— Ночной рейд. Две группы по двенадцать человек выходят к условному объекту — штаб противника в пяти километрах отсюда. Задача — скрытное проникновение, захват «языка», отход без потерь.
— Противник?
— Рота охраны из соседнего полка. Предупреждены, что будет учебная атака, но не знают когда и откуда. Мотивированы — за поимку нашего бойца премия.
Хорошо. Реальные условия, реальное противодействие.
Они вышли на небольшую поляну. Здесь был разбит командный пункт — палатка, рация, карты на раскладном столе. Несколько командиров следили за ходом учений.