— Ага, — кивнул я, сделав вид, что понимаю всю глубину его ботанического восторга.
Воевода подошёл ближе и понизил голос, чтобы нас никто больше не услышал:
— Он что-то потребовал за нашу вылазку?
Вопрос был правильный и своевременный, но оттого тяжелый.
— Нет, — ответил я также тихо.
Но подумал, что лучше бы потребовал. Потому что доброта лешего не была бесплатной. Теперь мне придётся спросить у Морозова о его прошлом. О том, о чём он никогда сам не говорил. И я не был готов к такому разговору.
Глава 4 Хорошие новости
Морозов, словно прочитав мои мысли, отвернулся и начал гасить костёр, методично засыпая угли землёй. Мужчина вполне мог убрать огонь своей силой, но отчего-то предпочел другой способ. Движения его были размеренными, спокойными, но я заметил, как напряжены широкие плечи.
— Пора возвращаться, — не глядя на нас, тихо произнес воевода. — Дорога до дома неблизкая.
Гаврила поспешно поднялся, бережно прижимая заслонку к груди. Лада молча собрала кружки и остатки припасов, с привычной сноровкой упаковала все в рюкзак.
Я допил настой, чувствуя, как тепло разливается по телу, прогоняя остатки того холода, что поселился внутри после разговора с лешим. Отдал кружку Ладе и тихо поблагодарил ее за заботу. Девушка смущенно кивнула в ответ.
— Готовы? — спросил Морозов, оглядывая нашу компанию.
— Готовы, — подтвердил я.
Мы двинулись обратно по тропе, которая лишь отдаленно напоминала ту, по которой мы шли к избе колдуньи. И обратный путь показался мне длиннее. Ноги гудели, рюкзак тянул вниз, а солнце поднялось уже высоко и припекало затылок. Морозов снова замыкал процессию, и я чувствовал его взгляд между лопаток.
Но я упрямо шёл дальше, не сбавляя темпа. Потому что воевода прав: нужно начинать тренироваться. Здесь, в Северске, князь не может быть слабым. Не имеет право отсиживаться в кабинете, пока другие делают работу.
Лада шла впереди всё так же уверенно. Гаврила ступал за ней, таща тяжелую заслонку. Он несколько раз спотыкался о корни, но так и не уронил свою ношу.
Когда мы, наконец, вышли на опушку, я почувствовал облегчение. Мы были почти дома.
— Не отставайте, Николай Арсентьевич, — не оборачиваясь, произнес Морозов, словно прочитав мои мысли. — Мы почти добрались.
— Хвала небесам, — пробормотал я не сдержавшись.
Воевода усмехнулся и ускорил шаг.
— Мне показалось, или обратно мы идем дольше? — на всякий случай уточнил я.
— Не показалось. Путь к дому вышел длиннее. Все дело в…
— … Северских особенностях, — подал голос Дроздов. — Кажется, я начинаю понимать, что в этих местах обычные законы не работают.
— Если бы вы начали что-то понимать, то не стали бы говорить при Иволгине,- проворчала Лада.
— А что я сделал не так? — простодушно осведомился парень и бросил на меня вопросительный взгляд.
Я лишь пожал плечами, решив не вмешиваться в воспитательную беседу дружинницы и столичного гостя. Что-то мне подсказывало: девушка затеяла этот разговор неспроста.
— Все было не так, — сурово припечатала Лада, внезапно остановившись.
Дроздов едва не врезался в нее и застыл, буквально уткнувшись носом в девичий лоб. Дружинница запрокинула голову, прищурилась и уточнила: