Но я не собирался давать ему возможность пускаться в рассуждения о способностях заместителя или отсутствии оных.
— Вы знаете, что я видел Брета в Калифорнии?
— Брет? — Он уставился на меня. — Да, старик как-то упомянул об этом… пару дней назад.
— Вы удивились?
— Я почувствовал себя в жутко дурацком положении, — сказал Фрэнк. — Ведь в свое время именно старик дал мне понять, что Брет мертв, и даже не сделал попытки намекнуть на правду.
— Почему?
— Бог его знает. Временами он впадает в детство. Теперь-то он просто засмеялся и сказал, что Брет заслужил покой. А ведь когда-то сам же сообщил, что Брет погиб. Мы сидели за скромным ужином у «Кемпи», там были и другие люди, со стороны. Я не мог углубляться в эту тему. А может, и следовало бы.
— Но почему он тогда сказал вам, что Брет мертв? К чему все это было?
— Ты же видел его, а я нет. Что тебе рассказывал сам Брет?
— Я не спрашивал, как он воскрес из мертвых, — сухо ответил я.
Фрэнк предпочел увидеть в моих словах безобидную отговорку.
— Брет был на пороге смерти. Какая разница? Может, в целях безопасности и следовало представить его мертвым.
— Но вам неизвестны никакие особые причины такого решения?
— Нет, Бернард, неизвестны. — Он отпил еще вина и с большим тщанием, чем прежде, принялся изучать его цвет в бокале.
— Гарри зажал меня в угол и запудрил мозги, — сказал я. Фрэнк приподнял брови. — Он был полон желания сообщить мне, что любые действия Брета вызывают одобрение Вашингтона.
— Ну, уж ему это должно быть известно. Он всегда умеет устраиваться в тепленьком местечке, — сказал Фрэнк. — Исполняет роль мальчика на посылках, но его начальное жалованье больше, чем королевская рента.
— Точно, как моя работа, — хмыкнул я, — если не считать жалованья.
— Чего ради Гарри насел на тебя?
— Он считает, что я задаю слишком много вопросов.
— Он тебя с кем-то спутал. Вот уж чего за тобой не числилось, — со своим специфическим юморком выдал Фрэнк. — Вопросы относились к Брету?
— И к Фионе. Какой-то провал с финансами. Речь шла о куче денег. У Приттимена было право подписи… и он выступал в роли посредника по отношению к Центральному фонду.
— Ты, надеюсь, не развивал тему об убийстве Приттимена, не так ли? Мне довелось видеть типов из отделов по расследованию убийств в Вашингтоне — жуткое зрелище, и я знаю, заместитель договорился с ФБР, что они специально займутся убийством Джима. Пока в ФБР придерживаются идеи о рядовом случайном убийстве. Жалко, но для дальнейшего расследования ничего больше нет.
— Мне казалось, что представится возможность узнать побольше о Фионе.
— Я думаю, мы выяснили о ней все, что только можно.
— Ее мотивы. Ее сообщники и так далее.
— Мне кажется, департамент проверил каждый след, Бернард. В течение этих месяцев они вынюхивали каждого, кто только слышал о Фионе.
— Даже вас?
— В такого рода расследованиях, Бернард, никто не свободен от подозрений. Я-то думал, что ты осведомлен об этом лучше, чем кто-либо другой. Неделю за неделей министр буквально дышал в спину ГД. Я думаю, старик свалился именно из-за этого.