Дети потеряли настоящую мать, и я видел, как Глория старалась заменить им ее. Это было непросто. Учеба, нелегкие обязанности по работе просто не оставляли времени, чтобы подумать о будущем.
В первом классе были заняты почти все места. Раскованные молодые люди в хороших костюмах, с широкими золотыми браслетами часов шуршали бумагами, которые появлялись на свет из папок свиной кожи, или печатали что-то на портативных компьютерах со светящимися экранами.
Почти все они отказались от предложенного шампанского и работали даже во время обеда: изучали документы, что-то подсчитывали и подчеркивали какие-то куски текстов цветными маркерами.
Человек, сидевший рядом со мной, по всей видимости, был из той же компании, но не столь увлечен делами.
— Эдвин Вуснем — типичное уэльское имя, хотя я там никогда не был, можете ли в это поверить? — Грузный парень с густыми бровями, тонкими губами и таким носом, который заставил вспомнить актера в роли Юлия Цезаря из любительского спектакля. Мое желание прихватить еще хоть немного сна было напрочь смыто его дружелюбием.
Он сообщил, что является старшим партнером в «компании по развитию», обосновавшейся в Глазго. Его фирма воздвигла восемь отелей, на шестьсот номеров каждый, по всему миру, и он неустанно рассказывал мне о них.
— Открытый бассейн, вот что важно. Владелец должен выпустить рекламный буклет с такими иллюстрациями, чтобы казалось, будто тут весь год великолепная погода и можно купаться на открытом воздухе. — Он издал горловой звук и быстро отпил шампанского. — Пентхаузы на крыше, заведения для отдыха внизу, и в каждом номере ванная. Найдите большую площадку для застройки — то есть в самом деле большую, — и после того как там появится отель, за ним последуют магазины и жилые кварталы. Земля по соседству быстро возрастет в цене. Нельзя и представить себе лучшего вложения капитала, деньги словно в банке. А если местная рабочая сила обходится дешево, неважно, где вы поставите отель, половина этих туристов — идиоты, они даже не представляют себе, в какой стране находятся.
В определенном смысле мистер Вуснем был отличным спутником, поскольку обладал бесконечным набором историй:
— …грекам ну просто невозможно что-то объяснить. Я показываю прорабу — этому Пополису, или как его там, вы же знаете их имена — схему и говорю ему: восьмой этаж должен быть завершен. Он впадает в дикий гнев. Да он уже закончен, орет он. Сжимает кулаки, размахивает руками, перепрыгивает ограждение, рывком распахивает дверь — и летит себе вниз. С восьмого этажа! Естественно, всмятку. У нас возникли жуткие проблемы — в это время года обзавестись новым прорабом! Еще месяц, и все бы обошлось. — Он сделал глоток. — Ха-ха-ха! Кое-кто просто не в состоянии слушать. Скорее всего, вы и сами это знаете по своим делам, — сказал Вуснем, но прежде чем я успел согласиться с ним, перешел на другую тему. — Я как-то говорил с одним из наших строителей в Бомбее, и тот помирал со смеху, вышучивая корявые деревянные леса, которые ставят индусы. Я объяснил ему, он будет еще не так смеяться, когда увидит, как его металлические леса от жары совьются в штопор и рухнут. Эти идиоты архитекторы! Стоит им только окончить колледж, и они уже уверены, что знают обо всем доподлинно. Все беды в наши дни от них. Я вам приведу другой пример… — И так он трещал без умолку. Эдвин Вуснем был довольно забавен, но его внимание к собеседнику лишало того возможности расслабиться.