Дети росли так быстро, что я с трудом мог представить себе: этот высокий юноша, шагавший рядом со мной, — тот самый малыш Билли, каким он был всего лишь несколько месяцев назад.
— Девчонки вообще ничего не понимают, — сказал мой сын, словно продолжая начатый разговор, хотя только что единственное, что его занимало, это как бы перебраться через ручей.
— Ты имеешь в виду Салли?
— Да, она уже быстренько обзавелась школьными подружками в Марилебоне.
— Даже быстрее, чем ты? — спросил я.
— Да, у нее все в порядке. Ей нравится на новом месте. Девчонки только и знают болтать о нарядах, — сказал Билли, — и им неважно, что делается вокруг.
— А ты чем собираешься заняться?
— Я бы хотел вступить в клуб антикварных автомобилей.
Мне удалось скрыть удивление.
— Ты считаешь, что уже достаточно вырос для него? Разве для вступления не нужно иметь такой автомобиль?
— Скорее всего, я пока буду там на подхвате… чистить двигатели, подкачивать шины. — Он посмотрел на меня. — Мне нравится наш новый дом, папа. И Салли тоже. Так что не волнуйся из-за нас.
— Я пройду первым, — сказал я и, подав руку, помог Билли перескочить через ручей. Он был тяжелым, чертовски тяжелым. Я бы уже не мог таскать его на плечах.
Теперь Билли, в свою очередь, протянул руку мне. И когда я одолел крутой глинистый откос берега, он сказал:
— Я на днях виделся с дедушкой.
— С дедушкой?
— Он купил новую машину. «Бентли-турбо», темно-синюю. И приехал на ней за нами в школу.
— Ты говорил с ним?
— Он отвез нас домой.
— Я думал, что вас встречала нянечка.
— Она тоже приехала.
— Мне стоило бы отвезти вас повидаться с ним, — сказал я.
— Он сказал, что мы можем провести с ним каникулы. Он едет в Турцию. Может, поедет на машине и сам будет сидеть за рулем.
— Дедушка? Надеюсь, ты это не придумал, Билли?
— А мы сможем поехать, папа? В «бентли»!
— Ты рассказывал об этом тете Глории?
Билли смутился. Уставившись на свои измазанные грязью башмаки, он еле слышно пробормотал:
— Она сказала, чтобы я не говорил тебе. Она сказала, ты расстроишься.
— Нет, все в порядке, Билли. Но я должен подумать. Может, мне придется поговорить с дедушкой.
— Спасибо, папа! Спасибо, спасибо тебе! — Обняв меня, Билли спросил: — Как ты думаешь, дедушка разрешит мне сидеть впереди?
— Турция далеко, до нее долго добираться, — сказал я.
— Вон там Салли и тетя Глория, — крикнул он. — Они, должно быть, ищут, где перебраться через ручей.
Значит, вот как это начинается. Если бы речь шла просто о поездке во время каникул, почему бы отцу Фионы не приехать и не переговорить со мной? Турция: до СССР от нее рукой подать. Мысль о том, что мои дети окажутся там в компании с моим занудным тестем, наполняла меня ужасом.
Лаконичный рассказ Билли бросил основательную тень на нашу идиллию, но причиной всех тревог, вскоре обрушившихся на меня, оказался этот неисправимый старый болван Дронт. При первой нашей встрече с ним во Франции я воспринял его как добродушную эксцентричную личность, достаточно умного пожилого человека, который временами хорошенько закладывает за воротник. Теперь же мне довелось столкнуться со злым, напыщенным и воинственным старым пьяницей, каковым он, по сути, являлся.