Я остановился у реки, на том же месте, где был вчера с Бушем. Ветер стал ещё холоднее. Я вышел и снова упёрся руками в перила. Нужно было что-то сломать. Выпустить эту ярость. Но ломать было нечего. Только себя. Снова и снова.
Звонок Джулии был не случайностью. Это был знак. Точнее, пинок обратно в реальность. Моя реальность — это не тихие прогулки и разговоры об искусстве. Это лед, где я могу быть кем-то. И пустота вне его, где я — ничто. И все попытки вырваться из этой пустоты будут натыкаться на её стены — на воспоминания, на последствия, на людей, которых я не смог удержать или правильно отпустить.
Я достал телефон. Экран был чист. Никаких сообщений. Я нашёл в записной книжке номер Майкла, менеджера. Мой палец завис над кнопкой вызова. Я мог спросить номер Аны. Сделать тот шаг, который планировал. Но теперь это казалось не шагом вперёд, а прыжком через пропасть с грузом на спине. И этот груз мог потянуть на дно не только меня.
Я выключил телефон и швырнул его на пассажирское сиденье. Не сегодня. Не сейчас. Сначала нужно разобраться с призраками. Или хотя бы научиться не давать им звонить. А пока… Пока оставался только лёд. Там хоть правила были ясны. Там боль можно было превратить в силу, а ярость — в точный бросок. Я сел обратно в машину и поехал домой. В свою пустую, чистую клетку. Где хотя бы не было фальшивых воспоминаний о «годовщинах». Где была только тишина, которую я уже начал ненавидеть меньше, потому что знал — где-то там есть голос, способный её заполнить. Но этот голос пока не для меня. И, возможно, никогда не будет.
Глава 28. Ана
Студия была наполнена энергией, но сегодня она не давила, а обволакивала. Каждый шаг в синхрон с девчонками из команды поддержки, каждый взмах руки чувствовался не как отработка, а как часть целого. Мы создавали не просто номер, а настроение. И это было потрясающе. Моё тело запоминало не хореографию, а ощущение: вот здесь — тишина моего вокала, вот здесь — волна их движения, и вместе мы — одно дыхание.
После репетиции, пока я переодевалась, зазвонил телефон. Элиза.— Ну? Отчитывайся! — её голос звенел, как колокольчик, заглушая фоновый шум её офиса.— Две репетиции подряд, а от тебя ни слуху ни духу. Я уже думала, ты слилась с духами арены и растворилась в лучах софитов!— Не растворилась, — рассмеялась я, прижимая телефон к уху.— Учусь быть частью шоу. Это сложнее, чем кажется.— Сложнее, чем целоваться с твоим тафгаем? — безжалостно вставила она.
Я замерла на секунду, чувствуя, как по щекам разливается жар. Я никому не рассказывала. Но Элиза обладала радаром на подобные вещи.— Откуда ты…?— Милая, я видела твоё лицо на фотографиях с открытия его магазина. Ты смотрела на него, как на только что открытый шедевр в музее. А сегодня у тебя в голосе звенит что-то… новенькое. Так что, признавайся!
Я вышла из студии на холодную улицу, чтобы говорить свободнее.—Был один поцелуй , — призналась я тихо. —Короткий. В его магазине.—Один? И? — в голосе Элизы звучало неподдельное любопытство, лишённое ядовитой насмешки.—И… всё. Больше ничего. Мы встретились вчера в кафе, просто поговорили. Он… не торопится.— Умный парень , — с одобрением протянула Элиза. —Не бросается, как голодный на шайбу. Уважает тебя и пространство. Редкое качество, особенно для человека его… профессии. А ты? Что чувствуешь?