«YOU'RE NO GOOD!»
Это сработало. Когда соперники выкатились на лёд, в их движениях читалась не агрессия, а… настороженность. Они оглядывались, будто ища источник этого давящего гула, который всё ещё висел в воздухе. Первый период прошёл в нервных, осторожных атаках с их стороны. Наши парни играли именно так, как планировали: не бросались в силовой, а хладнокровно перекрывали пространство, ломали рисунок, заставляли «Торнадо» играть в тесноте, где их скорость становилась бесполезной. Это была тяжёлая, умная, грязная работа. И к концу второго периода она принесла плоды — сухой, как удар хлыста, гол Андерса после чудовищной ошибки защиты «Торнадо». 1:0.
Игра шла к логичному, выстраданному успеху. Мы уходили в раздевалку на второй перерыв с ощущением, что капкан захлопывается. Но именно в этот момент, когда я, спустившись за кулисы, пыталась отдышаться, ко мне подошёл незнакомец.
Это был мужчина в безупречном, дорогом костюме, который резко контрастировал с потными футболками и спортивным инвентарём вокруг. Его лицо было выхоленным, а глаза оценивающими, как у аудитора.— Мисс Ана? — его голос был тихим, но абсолютно чётким, перекрывая гул арены. — Позвольте представиться. Картер Вэнс. Я представляю интересы клуба «Торнадо». У вас есть минутка для сугубо делового разговора?
Меня будто окатили ледяной водой. Всё внутри сжалось. Джеймс и Мэттью, стоявшие рядом, насторожились.— Сейчас не лучшее время, — холодно ответила я.— Напротив, — он улыбнулся, недоброй, хищной улыбкой. — Идеальное. Вы только что продемонстрировали потрясающий инструмент психологического воздействия. Мои… подопечные, — он кивнул в сторону льда, — ощутили его на себе в полной мере. Это редкий талант. И он растрачивается здесь, в провинциальной команде, на… простые эмоциональные подъёмы.
Он сделал паузу, давая словам осесть.— Я предлагаю вам контракт. С «Торнадо». Начиная со следующего сезона. Ваша задача — делать то же самое, но для нашей команды. Ваше вознаграждение будет в разы превышать текущее. Вы получите студию мирового уровня, полную творческую свободу и… перспективы. Настоящие перспективы. Мы строим династию. И вы можете стать её голосом.
В ушах зазвенело. Этот человек в своём дорогом костюме стоял в подтрибунье нашей арены, в эпицентре нашей войны, и спокойно предлагал предательство. Он видел не команду, не дух, не цикл песен нашей общей истории. Он видел актив. Инструмент. Который можно купить.
Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки от чистой, немой ярости. Но я сдержалась. Подняла подбородок и посмотрела ему прямо в глаза.— Мистер Вэнс, — сказала я так же тихо, но каждое слово было отточено, как лезвие. — Вы только что проиграли два периода. И вместо того чтобы искать слабости в своей игре, вы ищете их в чужой раздевалке. Вы хотите купить то, что мы с ребятами создали здесь. На этой арене. С этой командой. — Я сделала шаг вперёд. — Вы недооцениваете одно. Музыка, которую вы услышали, родилась не в студии. Она родилась здесь. Из их пота, их крови, их веры друг в друга. Её нельзя купить. Её можно только заработать. И вы её не заработали. Вы её даже не поняли.